Экстази вместо прозака

Медицина темна и полна ужасов и недоговорок. «Плохие парни» наркотики, о которых мы слышали, что с ними никогда нельзя связываться, оказываются не так уж плохи для лечения депрессии и головной боли. Однако их никто не использует из-за их дурной репутации, и люди вынуждены годами страдать как физически, так и душевно.

Сразу оговоримся, что никто не собирается заниматься пропагандой наркотических веществ, и если кто и ратует за их употребление — то только с медицинскими целями по назначению квалифицированного врача. Многие зарубежные представители научной медицины (например, канадец Марк Льюис и южноафриканец Шон Шелли) убеждены, что наука обожглась с наркотиками на молоке и теперь дует на воду. Положительный эффект от «хипповских таблеток» и травки, за хранение которых можно загреметь за решетку, мог бы быть куда больше, чем эффект негативный. Особенно в лечении депрессий и душевных расстройств, которые сейчас исцелить практически невозможно, а можно лишь временно обуздывать лекарственными препаратами. Причем подсаживаются на эти препараты еще быстрее, чем на наркозлодеев из запрещенного к пропаганде списка.

За последнее столетие медицина сделала огромный шаг вперед с исцелением физических заболеваний. Продолжительность жизни увеличилась, лекарства стали безвреднее и доступнее. Но это в области лечения конкретных болезней из разряда «доктор, у меня болит вот здесь» или «сейчас аппарат покажет, где болит незаметно для вас». Никакой аппарат, к сожалению, не может показать, что творится у нас в голове (хотя нейробиологи ведут разработки в этой области и уже могут расплывчато визуализировать мысли с помощью тонны проводков и экрана, как пишет нейропсихолог Крис Фрит в книге «Мозг и душа»).

Изучение болезней-«невидимок», то есть душевных, не очень-то продвинулось за эти годы, их научились приглушать, но не излечивать.

Спасибо, что хоть от принудительной лоботомии и электрических мучений отказались, а женщин с послеродовой депрессией уже не изолируют от общества как сумасшедших. Впрочем, во многих странах со слабо развитой системой здравоохранения депрессия послеродовая, да и вообще любая, в массовом сознании не считается серьезным заболеванием. Как будто ты в случае рождения ребенка можешь волевым решением перестроить гормональный баланс. Ну а что, твое дело остановить на скаку коня, неужели с гормонами сложнее?

Важность душевного здоровья признавали еще в Средние века. Уже тогда проводились весьма интересные исследования в области растительных наркотических веществ и их использовании для лечения психики. Антинаркотическая пропаганда теперь сделала из этого веселую шутку для школьников: ха-ха, смотри-ка ты, раньше травкой лечили, ну дает Средневековье!

Сейчас криминализация наркотиков сделала свое дело и все перспективные исследования и наработки прошлого канули в Лету. Хотя криминализация наркотиков, в общем-то, была политическим явлением для борьбы с маргиналами, а не заботой о здоровье населения. В США в этом открыто признался один из членов никсоновского правительства.

В новое время мир захлестнула эпидемия психических расстройств. К середине XX века транквилизаторы валиум и либриум можно было найти в сумочке каждой второй американской и британской домохозяйки.

В Советской России, конечно, официально ничего не было — даже домохозяек. О вареве из подпольных наркокотлов того времени лучше вообще не думать и спрятаться в безопасном «домике» официальной статистики: в СССР с наркотиками было так же, как и с сексом. Никак нет!

Положим, что у валиумных отчаянных домохозяек и не было в большинстве случаев никакой депрессии, а развивался бытовой стресс. Для серьезной клинической депрессии препараты тоже разрабатывались, но все они до сих пор функционируют по принципу «два товара по цене одного». Они дарят тебе некоторое время душевного спокойствия, а вдогонку — какой-либо симптом из побочных эффектов. Список разнообразных побочек настолько велик, что из бумажной распечатки аннотации популярного антидепрессанта можно сделать маленького воздушного змея.

Для тех, кто незнаком с принципом работы антидепрессантов, вкратце расскажем матчасть. Депрессия возникает из-за того, что в нашем организме слабо вырабатываются «гормоны счастья», то есть это конкретная медицинская проблема, а не просто человек приуныл, потому что поссорился с подружкой или не устраивает зарплата. К сожалению, в наш сложный организм нельзя просто взять и положить гормоны ложкой, поэтому приходится изворачиваться и заставлять тело их вырабатывать окольными путями.

Всего существует три группы препаратов-антидепрессантов, которые работают по разному принципу в зависимости от того, с какого бока они заходят.

Трициклические (ТЦА) увеличивают выработку сразу серотонина, норадреналина и дофамина, что не только дает облегчение депрессии, но и обеспечивает досуг на освободившееся от упадка сил время, потому что сильнейшие запоры, красные глаза и постоянная сонливость все равно не дадут заняться ничем полезным.

Еще одна сложная аббревиатура СИОЗС означает «селективные ингибиторы обратного захвата серотонина». То есть организм под воздействием СИОЗС начинает усиленно вырабатывать серотонин, который дает нам счастье. Прозак (который в России известен под названием флуоксетин) относится именно к этой группе. Побочных действий гораздо меньше, а привыкание больше, и эффект со временем рассеивается.

Наконец, ИМАО — это ингибиторы моноаминоксидазы. Тяжелая артиллерия, которая с силой бухает по всему организму и не обходится без побочных эффектов, зато способна пробить даже самую суровую депрессию. Их нельзя употреблять вместе с огромным списком других лекарств и даже отдельными видами еды, так что жизнь на ИМАО превращается в ходьбу по минному полю.

Вылечить депрессию нетрудно, поймав ее на ранней стадии. А вот запущенное расстройство (спасибо общественному мнению, что «Бог терпел и нам велел», которое не позволяет идти к специалисту, пока не становится слишком поздно) облегчить антидепрессантами крайне тяжело. На более сложные нейрорасстройства их действие практически не распространяется. Тревожность, к примеру, лечат всё тем же самым, да только результата от такого лечения практически нет. Подбор антидепрессантов усложняется из-за их побочных эффектов: набор веса, сексуальная дисфункция, появление суицидальных мыслей. От одной мысли о таком списке можно впасть в депрессию.

Психоактивные вещества разного действия широко применялись издревле. Индейцы и древние племена не потрудились оставить нам трактаты со своими изысканиями, но уже с Викторианской эпохи сохранилось множество результатов исследований. Британцы лечили проблемы со сном, меланхолию и тревожность опийной настойкой. Индейцы и южноафриканцы использовали растительные психоделики не только для расширения сознания с сакральными целями, но и для лечения душевных расстройств.

В пейоте или грибах-псилоцибах есть компонент, который способен вылечить головные боли, причем даже мигрени. Современные препараты не столь эффективны и могут дополнять страдания абузусом. Это дьявольски остроумное изобретение матушки-природы: если пить слишком много обезболивающих, то они аукнутся головной болью. Марихуана же вообще издревле применялась для достижения эмоционального и психологического комфорта, социализации и интеллектуальных бесед.

В середине XX века все эти вещества оказались вне закона, а все исследования с участием психоделиков или травки пришлось спрятать под сукно. Наркотиками можно только обдолбаться — и точка, путь в медицину закрылся. Чтобы не было искушения, даже придумали страшилку: если один раз попробуешь наркотики, то пропадешь — сразу подсядешь.

Вопреки распространенному заблуждению, зависимость — это не просто проявление слабого характера или привычки. Это серьезное нарушение работы мозга, когда он перестает нормально функционировать. Справиться с зависимостью — равносильно переделке мозга.

Мозг не видит разницы между зависимостью от наркотиков, алкоголя, футбола, религии или даже шоппинга. Хронические шопоголики точно такие же, как героиновые наркоманы, с точки зрения нейробиологии. Поэтому если потенциально зависимый мозг не накормили наркотиками, то он подсядет на что-нибудь другое.
Хорошо, если это будет шоппинг или любовь к выращиванию картошки на даче, а если плохие стихи, чистый спирт или гироскутеры?

По-хорошему, сейчас надо бы сдуть пыль с папок исследований, где легкие наркотики проявили себя героями и смогли облегчить страдания тех, кому ничего не помогает. Пейот из кактусов и псилоцибин из грибов вовсе не вызывают привыкания, зато способны облегчить кластерную головную боль. Знаете, как ее описывают больные? Как будто в глазницу забили раскаленный гвоздь и пропустили через него электрический ток. А потом ушли и оставили ток включенным на полчаса или даже час. Повторяется регулярно, от раза в пару месяцев до раза в неделю на веки веков, таблетки не помогают.

Еще псилоцибин помогает справляться с обсессивно-компульсивным расстройством, тревожностью, алкоголизмом, но прописать его нельзя по закону. Так же как и MDMA, которое в перспективе могло бы справиться с посттравматическим синдромом и паническими атаками, или кетамин, который без каких-либо побочных эффектов на время убирает депрессию. Изучи их больше — удалось бы выяснить, как именно это работает.

Никто не предлагает открыть доступ к «веществам» всем желающим, однако снятие запрета с их использования в исследовательских и медицинских целях облегчило бы жизнь многим страдающим людям.

Иначе получается, что в страхе от небольшой вероятности появления десятка наркозависимых, тысячи и тысячи вынуждены изнывать от невыносимой боли — физической или душевной. В конце концов, зависимость — это тоже лишь один из списка побочных эффектов препаратов для душевного здоровья.

Источник: knife.media