Научитесь говорить “нет”

Датский психолог Свен Бринкман предлагает семь простых правил, следуя которым можно стать свободным от навязанной позитивной психологии. Передаем слово автору с разрешения издательства «Альпина паблишер».

В умении говорить «Я не хочу» есть огромная сила и целостность. Только запрограммированные роботы всегда на все согласны.

Когда, например, на мероприятии по развитию персонала вам предложат пройти курс «личностного развития», просто вежливо откажитесь. Тренируйтесь говорить «нет» по крайней мере пять раз в день.

Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы время от времени заниматься самоанализом или мыслить позитивно. Совсем нет. Смысл в том, чтобы отказаться от широко распространенного заблуждения, что ответ «внутри нас» и его можно найти, «прислушиваясь к себе». Существует немало причин противостоять принудительному позитиву современного общества, которое внушает нам, что негатив нежелателен и опасен.

Третий шаг состоит в том, чтобы научиться лучше говорить «нет». Мы уже много лет слышим о том, что нужно всегда говорить «да», быть позитивными, но пришла пора вспомнить незаслуженно забытое слово «нет». Умение отказывать характеризует вас как зрелого и целостного человека.

Один из самых здравомыслящих представителей датской философии, профессор Пер Шульц Йоргенсен, в своей новой книге пишет о том, как важно детям научиться говорить «нет». Первое «нет» ребенка имеет огромное психологическое и философское значение.

Хотя большинство родителей, включая меня, хотят, чтобы их дети были послушными, первый отказ говорит о начале самостоятельности, потому что ребенок «проявляет характер как индивид и на чисто языковом уровне в состоянии дистанцироваться от родителей. Это противопоставление говорит о начале автономной жизни».

Здесь Йоргенсен говорит о «проявлении характера», и само понятие характера имеет в его книге ключевое значение. В отличие от таких распространенных психологических понятий, как «личность» и «компетенции» (которые, как считается, можно «прорабатывать» и «развивать»), понятие характера неразрывно связано с моральными ценностями. Характер есть у того, кто придерживается принципов — и кто может сказать «нет», когда эти принципы под угрозой.

В этой книге я использую слово «целостность» почти как синоним характера. Целостность означает, что человек не гонится за новейшими веяниями, а опирается на что-то определенное, что кажется ему важнее всего остального. Целостный человек имеет крепкий внутренний стержень, не меняющийся под влиянием времени и контекста, и опирается на него. Противоположность этому — человек, который всегда со всем соглашается и никогда не сомневается, что нужно пробовать что-то новое.

Если Пер Шульц Йоргенсен прав, подчеркивая значимость слова «нет», то вечно согласный на все человек — самый несамостоятельный человек на свете. Когда кто-то думает, что нужно всегда говорить «да», то он «управляем извне». В противовес этому необходимо управление изнутри. Это не значит, что я призываю «прислушиваться к себе». Ваша интуиция может точно так же управляться извне — ведь мы живем в обществе, сосредоточенном на общении и связях, и на нас влияют разные факторы (например, реклама).

Настоящее управление изнутри состоит как раз в том, чтобы иметь нравственные ценности, осознавать важность долга и пользоваться разумом, чтобы решать, что правильно в конкретной ситуации. Если вы такой человек, то вам придется часто говорить «нет». В культуре ускорения есть много такого, от чего следует отказаться.

Большинству из нас знакомо выражение «Всегда говори “да”», и чаще всего мы думаем, что делать так правильно, но, может быть, не всем это удается. Нужно начать говорить «да», если вы недостаточно позитивны и ориентированы на развитие.

Подразумевается, что «да» — это хорошо, а «нет» — плохо. Это, конечно, абсурдно. Каждый день мы сталкиваемся с массой соблазнов и побуждений, от которых нужно отказаться, — что мы, к счастью, часто делаем. Так почему стало принято на все соглашаться?

Возможно, мы найдем ответ, углубившись в позитивную «да-культуру». Например, знаменитый бывший гольфист Ибен Тиннинг выступает с речью под названием «Всегда говори “да”», и ее содержание таково:

В этом отрывке мы видим много позитивных слов, которыми насыщена культура ускорения. Нужно найти вдохновение и мотивацию, а еще сохранять верность себе. Внутренний мир всегда в центре внимания, и с ним необходимо работать. В данном контексте — отваживаться говорить «да». Надо уметь ставить перед собой цели (и говорить о них вслух), бороться и, наконец, делать то, что хочется, а не то, чего от вас ожидают. Живите не так, как говорят другие, а так, как хотите сами!

Обратите внимание — желание якобы исходит изнутри. Но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать: формула Ибена Тиннинга не помогает бороться с ожиданиями окружающих, ведь сейчас от нас как раз и ждут, чтобы мы ставили цели, боролись за успех, жили «как хочется» и всегда говорили «да». А если вы не желаете выполнять все эти требования, значит, с вами что-то не так. Наверное, вы слишком часто говорите «нет», а это неправильно (даже если это именно то, чего вы хотите).

Я не хочу сказать, что Ибен Тиннинг и прочие сторонники подобных идей совершенно неправы. Смысл в их словах есть. Проблема возникает, когда слово «да» становится единственным вариантом. Это не значит, что от него нужно отказаться, но ведь есть и другие слова: «нет», «может быть», «я подумаю», «не сейчас».

Прежде всего, выражать негатив и критиковать — совершенно нормально. Всегда быть позитивным не под силу никому, да и пытаться не стоит. Если же все-таки попробовать, это может вызвать стресс и депрессию.

Как известно, все люди разные — кто-то сангвиник, кто-то меланхолик. Хотя меланхолики, очевидно, выпадают из современной культуры позитива и принудительного развития, в самой меланхолии нет ничего плохого. Она даже может быть полезна, чтобы твердо стоять на ногах. Кроме того, человек, который всегда со всем соглашается, — это довольно сервильное (раболепное, рабски угодливое) существо.

Требование всегда говорить «да» унизительно, когда оно превращается в догму. Оно низводит человека до роли слуги, которому можно приказать идти куда угодно и у которого нет корней.

Но почему отказываться сегодня стало так немодно? Я думаю, тому есть две причины. Первая связана с быстрым темпом культуры ускорения и меняющимися предложениями. Когда кажется, что все течет и движется (так это на самом деле или нет), говорить «да» означает «соответствовать». Если соглашаетесь, значит, вы достаточно легки на подъем и не отстаете. Философ Андерс Фог Йенсен назвал наше время «общество проектов», где всевозможные занятия и практики воспринимаются как проекты — часто кратковременные, непостоянные и взаимозаменяемые. Он пишет о том, что люди в «обществе проектов» часто перегружают себя договоренностями и задачами в попытке функционировать «под завязку» (совсем как авиалинии).

И когда наши обязательства становятся просто «проектами», то их можно отменить, если на радаре появится что-то поинтереснее. Но еще мы должны соглашаться на проекты. Умение с энтузиазмом восклицать «да!» стало ключевой компетенцией в культуре ускорения, и это отражается в объявлениях о поиске сотрудников. Способность «принимать новые вызовы» — это однозначно хорошо, а вежливый отказ интерпретируется как недостаток смелости и неготовность к переменам.

Итак, первая причина популярности слова «да» и фиаско слова «нет» — это страх, что поезд уйдет, и боязнь быть недостаточно легким на подъем. Вторая причина более экзистенциальна: она связана со страхом что-то упустить. Мы говорим «да» не только чтобы казаться более привлекательными и конкурентоспособными в глазах окружающих, но еще и потому, что жизнь конечна и нужно «прожить ее на полную катушку» (как, вероятно, считают многие).

Нужно испытать как можно больше ощущений за как можно меньший срок. Или, как говорится в рекламе: «Нельзя выбрать что-то одно, не попробовав всё». Если не пользоваться всеми удивительными возможностями, то мы лишимся приятных впечатлений и ощущения интенсивности жизни. Разве не так? Вы наверняка уже догадались, что такой подход идет вразрез с философией стоицизма.

Стоики, конечно, не видят ничего плохого в хороших ощущениях как таковых, но погоня за ними никогда не становится смыслом жизни. На самом деле все это может помешать достичь состояния, которое стоики считали самым важным, — покоя ума. Если вы не в силах отказаться от того, что способно сбить вас с курса, — например, потому, что боитесь что-то упустить, — то сложно прийти в состояние покоя и смириться с существующим положением дел. Сегодня, однако, покой ума — это не цель, а проблема. Ведь если ваш ум спокоен, то вы сумеете отказаться от всевозможных (неразумных) требований и вызовов. Это не ценится в современном мире, где идеалом стал человек гибкий, непостоянный и переменчивый.

Сторонники слова «да» часто обвиняют своих оппонентов в том, что тем якобы не хватает смелости, что они слишком консервативны и всегда выбирают безопасность и определенность. Но точно так же можно сказать, что именно те, кто на все соглашается, цепляются за определенность. Я уже писал, что говорить «да» стало модно, потому что мы боимся, с одной стороны, что-то упустить, а с другой — не успеть за всеми. Чтобы избавиться от этого страха (что, конечно, невозможно), мы должны соглашаться.
Сторонники слова «да», как им кажется, всегда знают, что правильно. Правильно и хорошо — говорить «да» (а также мыслить позитивно и развиваться). Мы знаем, что говорить «да» — правильнее всего.

Философы-стоики утверждают обратное: мы не знаем, правильно ли говорить «да». Поэтому лучше сомневаться. Если вы сомневаетесь, то ответ чаще всего — «нет». Существует старое правило: не чинить то, что не сломано. Мы знаем, чтó имеем, но не знаем, чтó получим.
Мы живем в обществе, где определенность превозносится как никогда раньше.

Определенность и уверенность — это хорошо, неопределенность и сомнения — плохо. Культ определенности парадоксален, потому что одновременно с этим нам внушают, что все должно развиваться и меняться. Может быть, мы так стремимся к определенности именно потому, что чувствуем — нам ее не хватает? Мы принимаем разнообразные меры, чтобы избавиться от сомнений и во всем добиться уверенности.

Это касается всего: политической жизни, где решения все чаще принимаются на основании экономических расчетов, а не политических идей; повседневности, где мы пытаемся застраховаться от всего; профессиональной жизни, где все должно иметь доказательства (нам нужно знать, дадут ли педагогические методы учителя желаемый «результат обучения»).

Одновременно изобретаются различные этические правила, чтобы уменьшить сомнения и повысить уровень уверенности. Сомневающийся человек кажется неуверенным в себе, слабым или невежественным. Он зашел в тупик, и ему надо непременно научиться говорить «да»!

Вероятно, сомнение и неуверенность впали в немилость потому, что мы живем в обществе, которое социологи называют обществом риска. В процессе своего развития оно постоянно порождает риски, особенно в области технологий. Экологические и финансовые кризисы — тоже побочные продукты этого общества.

В результате мы восхваляем «этику уверенности», которая требует точного знания, и для достижения этой уверенности используется наука — будь то экономика, медицина, педагогика или психология. В обществе риска, чтобы вас услышали, нужна полная уверенность в своей правоте. Необходимо употреблять такие выражения: «Исследования доказали, что недостаток серотонина ведет к депрессии», «Мы знаем, что ученики могут обучаться четырьмя разными способами», «У нас появилась система диагностики, которая выявляет психические заболевания».

В противовес этому нам нужно сомнение. Сама по себе уверенность догматична, тогда как сомнение имеет определенную этическую ценность. Почему? Уверенное «Я знаю» ведет к слепоте (например, когда человек точно знает, что надо говорить «да»), зато сомнение приводит к открытости другим образам действия и понимания мира.

Если я знаю, мне не нужно слушать. Но если я сомневаюсь, то другие точки зрения неожиданно приобретают значение. Проблема сомнения заключается в том, что для культуры ускорения оно слишком медлительно и заставляет оглядываться назад. Оно не предлагает быстрых решений, основанных на интуиции и позитивности.

Проблема в том, что и в школе, и в университете мы учимся только знать. Но нам нужно учиться сомневаться. Нужно учиться раздумывать. Нужно учиться взвешивать решение лишний раз. Философ Саймон Кричли написал книгу под названием «Как перестать жить и начать беспокоиться» (How to Stop Living and Start Worrying), которая представляет собой интервью с самим автором. Обычно нам предлагают «перестать беспокоиться и начать жить — и сказать “Да!”». Но только не Кричли. Для него сомнение, беспокойство и раздумье — это добродетели. Если мы просто будем говорить «да», то не заметим кризи- сов, вызванных «да-философией» с ее лозунгом «Просто действуй!»: например, постоянного ускорения темпа жизни и общества. Если мы не распознаем эти кризисы, говорит Кричли, то «люди опустятся до уровня счастливого скота, до коровьего довольства, которое систематически прини- мается за счастье».

Этика сомнения — мысль о том, что мы должны больше сомневаться и потому говорить «нет», — подразумевает также необходимость постоянно сомневаться в самом себе. Психологи, психотерапевты, коучи и астрологи наперебой пытаются рассказать нам, кто же мы на самом деле. Но, может быть, нам лучше усомниться в этом. Старый мудрый норвежский криминолог и социолог Нильс Кристи выражает это так:

На шестом этапе мы вернемся к обсуждению роли литературы, а именно поговорим о том, как рассказы и романы помогают раскрыть сложность бытия и что в корне отличает их от книг по самопомощи и биографий.

Пока вы усвоили следующее: если сомневаетесь, то ответ чаще всего — «нет». А если не сомневаетесь, подумайте еще раз: нет ли причин для сомнений? Как я уже говорил, смысл не в том, чтобы все время сомневаться и от всего отказываться, а в том, чтобы понять, что это абсолютно нормально. Более того, чем чаще мы будем говорить «нет», тем легче нам будет стоять на ногах и сохранять верность тому, что мы считаем самым важным в жизни. Если мы все время на все соглашаемся, то отвлекаемся от важных дел, стоит кому-то окликнуть: «Эй, ты, поди сюда!»

Сейчас вы, наверное, думаете, а не противоречим ли мы сами себе в попытке найти альтернативу превозносимому в современном обществе идеалу человека без корней. Как твердо стоять на ногах, если всегда сомневаешься? Можно ли вообще найти опору, если сомнение чествуется как добродетель? Простой ответ, конечно, заключается в том, что можно опираться на само сомнение, то есть на право размышлять и взвешивать. Хотя это несложный ответ, я считаю, что в нем много мудрости и этической ценности.

Практически все политические ужасы совершались наделенными властью мужчинами, которые якобы знали истину. «Мы знаем, что существует оружие массового поражения!», «Мы знаем, что евреи — низшая раса!», «Мы знаем, что диктатура пролетариата — необходимость!».

Когда речь идет о таких важных вопросах, как политика, этика и искусство жить, то сомневаться и медлить — естественно для человека. На это следует опираться в обществе риска, когда мы не знаем решений (а иногда не знаем и самих проблем). Другой ответ заключается в том, что, не исключено, можно опираться и на то, в чем вы в то же время сомневаетесь.

Философ Ричард Рорти считал такой образ жизни экзистенциальным идеалом. Он описывал это как форму экзистенциальной иронии: вы признаете, что ваш взгляд на мир — лишь один из многих возможных, и в какой-то момент у вас закончатся оправдания для него. Но это не значит, что нужно сразу же отправляться на поиски другого мировоззрения.

Немецкий философ Ханна Арендт в своей знаменитой книге о человеческой природе писала, что «правда существует, даже если не суждено быть истине, и надежность существует, даже если достоверность невозможна». Арендт сама по себе не была стоиком, но здесь она наиболее изящно выражает основную мысль стоической философии, которая может стать актуальной и в современной культуре ускорения: не исключено, что абсолютной истины не существует, но именно поэтому от нас зависит, сумеем ли мы создать ее в своей жизни. В стремительно ускоряющемся мире нет определенности, но именно поэтому мы должны быть надежными и создавать островки порядка и целостности в мире, где все вверх дном. Чтобы создавать такие островки, вы должны уметь говорить «нет». В этом смысле способность отказываться — условие устойчивости.

В идеале на работе должны быть допустимы обе точки зрения. Я имею в виду, что указывать на недостатки какой-то новой инициативы должно быть так же нормально, как соглашаться на нее. Новые меры иногда вводятся просто во имя прогресса и часто ведут к значительной потере времени и сил. Только вы привыкли к очередным системам и распорядкам, как опять происходит реструктуризация (в который раз).

Чтобы все уравновесить, нужно бы ввести правило отклонять определенное число инициатив каждый месяц. Руководители должны не только представлять своим сотрудникам «планы развития», на которые те будут согласно кивать, а еще и ставить вопросы: от каких ненужных мер следует отказаться? Смысл здесь в том, чтобы дать людям на самом деле выполнять свою работу: чтобы ученые исследовали, хирурги оперировали, учителя преподавали, а специалисты социальной сферы и здраво- охранения помогали людям (а не тратили время на ввод данных и различные оценки).

Если у вас на работе так делать не принято (или у вас нет работы), вам придется овладеть непростым искусством говорить «нет» самостоятельно. Вначале, возможно, вы так увлечетесь, что начнете говорить «нет» на все подряд. Суть, конечно, не в этом.

Отказывайтесь только от того, от чего действительно нужно отказаться. Либо потому, что какое-то предложение кажется вам оскорбительным, унизительным или бессмысленным, либо потому, что больше не хотите перегружать свою жизнь проектами. Может быть, вы даже начнете осознавать, что другие люди (ваши дети, друзья, коллеги) — это не проекты, а живые существа, перед которыми у вас есть обязательства.

Как я уже говорил, решение говорить «нет» должно основываться не только на интуиции. Тогда на чем же?

Стоики рекомендуют обращаться к здравому смыслу. Есть вещи, отказываться от которых разумно. От новых проектов, если у вас уже много обязательств, несмотря на то что эти проекты могут быть очень увлекательными. Это сложно, потому что мы не хотим ничего упускать.

Во вступлении к этой главе я рекомендовал говорить «нет» по крайней мере пять раз в день. Возможно, это немного чересчур, особенно если вы уже давно привыкли на все соглашаться. Но попробуйте отказаться от того, что всегда считали глупым или лишним и все равно продолжали делать. Например, на работе часто бывает масса ненужных собраний, и многие не без оснований их опасаются.

Попробуйте отказаться идти на собрание, сославшись на то, что вам надо работать. Отказывайтесь с улыбкой. Суть стоицизма не в том, чтобы стать мрачным и несговорчивым (это скорее средство, а не цель), а чтобы достичь покоя ума в современном ускоряющемся обществе. Если каждый день говорить «нет» слишком сложно, попробуйте больше сомневаться и раздумывать, чтобы убедиться: размышления прочно вошли в вашу повседневную жизнь. Вместо того чтобы сразу соглашаться, говорите: «Я должен об этом подумать».

Источник: книга «Конец эпохи SELF-HELP. Как перестать себя совершенствовать».