Миннесотский “голодный” эксперимент 1944 года

Ансель Кис заведовал Лабораторией физиологической гигиены в Миннесотском университете. В то время в Европе от голода страдали миллионы людей, но в мире нашлось очень мало врачей, которые действительно смогли им помочь побороть последствия истощения после окончания войны, поскольку на тот момент практически отсутствовала какая-либо научная информация по данной проблеме. Кис убедил военных, что его исследование принесёт огромную пользу – получение практических и эффективных методов реабилитации позволит улучшить здоровье населения и установить демократию в послевоенной Европе.

План исследования Анселя Киса был весьма прост: сначала довести испытуемых до состояния, близкого к истощению, а после вернуть их к нормальному режиму питания.

«Голодный» эксперимент, который должен был длиться год, Кис разделил на три части: первые три месяца – контрольный период (обычный режим питания, одинаковый для всех испытуемых), следующие шесть месяцев – голодание, последние три месяца – прохождение реабилитации.

Участниками эксперимента Киса стали добровольцы из числа отказников совести – молодые люди, которые не захотели проходить военную службу по этическим или религиозным соображениям. Многие из них были членами «исторических мирных церквей» (квакеры, меннониты и «собратья»).

Ассистенты Киса подготовили для этих молодых людей специальные брошюры, на которых были изображены трое маленьких детей, печальным взглядом смотрящих на пустые тарелки. Надпись внизу гласила: «Готовы ли вы поголодать ради того, чтобы их лучше кормили?»

Уловка сработала. Кис не обещал добровольцам денег и предупреждал их о серьёзных последствиях длительного голодания, однако, несмотря на это, получил более 400 заявок на участие в эксперименте. Многих отказников заставляли выполнять неквалифицированную работу, например, ремонтировать дороги в сельской местности, а эксперимент предоставил им шанс сделать что-то на благо всего человечества.

Кис, тщательно изучив каждую из поступивших заявок, для участия в своём эксперименте отобрал 36 молодых мужчин, которые показались ему достаточно крепкими, сильными и выносливыми для того, чтобы выдержать длительный период голодания.

В Миннеаполис испытуемые прибыли в ноябре 1944 года. Люди жили в лаборатории в спальнях наподобие общежития. Рядом были классы, библиотека, комната отдыха. Они работали по пятнадцать часов в неделю в прачечной, убираясь в лаборатории или помогая на кухне. Они посещали двадцать пять часов занятий в классах по политической подготовке и иностранным языкам, так как считалось, что после эксперимента они присоединятся к гуманитарным работникам на войне. Им вменялось в обязанность проходить 35 километров в неделю по улице спокойным шагом и еще полчаса на беговой дорожке. В дополнение к этому они должны проходить различные физиологические и психологические тесты. Им предстояли тесты по математике, на запоминание, на слух. Надо было сдавать образцы крови, мочи, стула, слюны, спермы и костного мозга.

Первые три месяца они получали в среднем 3500 калорий в день. Каждый участник должен был достигнуть своего идеального веса к концу двенадцати недель. Те, кто весил больше, получали урезанные пайки, а худые – усиленное питание. В среднем группа закончила период подготовки чуть ниже идеального веса.

На протяжении последующих шести месяцев, их кормили лишь дважды в день, в 8:30 и 17:00. Три вида меню были в постоянной ротации, состоявшие из монотонной диеты из картофеля и зернового белого хлеба, злаков и капусты, репы и брюквы. В редких случаях включались малые порции мяса, сахара, молока или масла. Средняя дневная калорийность составляла 1570 ккал. Индивидуальные особенности телосложения учитывались доктором Кисом: худощавые должны были потерять только 19% своего веса, более упитанные – до 28%, что в среднем по группе составляло 24%. Ежедневно и еженедельно в рационы испытуемых вносились изменения, в зависимости от их успехов в достижении цели: тот, кто худел слишком быстро, получал больше картошки и хлеба, тот, кто отставал, получал уменьшенные порции.

С первых недель эксперимента у участников эксперимента стала прослеживаться умственная апатия. Раньше молодые люди горячо обсуждали такие темы, как политика, романтические отношения и секс, а теперь даже они утратили для них всякий смысл. Еда – вот что их волновало больше всего. Некоторые мужчины стали постоянно читать кулинарные книги, рассматривая аппетитные картинки в них чуть ли не с порнографической одержимостью, некоторые делились мечтами о том, как они откроют свой ресторан, а многие всерьез собирались посвятить себя сельскому хозяйству.

Испытуемые часто проявляли раздражительность и агрессивность, если им не подавали еду вовремя, или им приходилось подолгу ждать в очереди в столовой. Блюда были самыми обычными, но молодые люди смаковали каждую ложку. Иногда они доливали в еду воды, чтобы увеличить её объём и обмануть желудок.

В перерывах между двумя приёмами пищи Кис разрешал участникам эксперимента неограниченное время жевать жвачку, пить, сколько хочется, воду и чёрный кофе. Он заметил, что молодые люди сжёвывали целых 40 пачек жевательной резинки в день и выпивали по 15 чашек кофе.

Глубина психологического напряжения, которое испытывали участники эксперимента, поразила Киса. Со временем они начали употреблять пищу без его ведома. Кису, в конце концов, пришлось ко всем испытуемым приставить людей, которые постоянно следили за каждым их шагом.

Двадцатичетырёхлетний Франклин Уоткинс психологически хуже остальных переживал период голодания. Ему снились тревожные сны, в которых он совершал акт каннибализма, поедая плоть пожилого мужчины. Во время одной из поездок в город (до того как к испытуемым были приставлены надзиратели) Уоткинс купил молочный коктейль и мороженое, ел их и не мог остановиться. Ансель Кис узнал об этом спустя некоторое время и решил побеседовать с испытуемым один на один. Молодой человек при разговоре с ним просто разрыдался. Затем у него случился приступ гнева, в ходе которого он грозился убить Киса, а после – и себя.

Кис был вынужден отправить Уоткинса в психиатрическое отделение университетской больницы. Спустя несколько дней его выпустили, поскольку он, вернувшись к обычному режиму питания, сразу же начал приходить в норму. Срыв произошёл у молодого человека всего через пару недель после перехода к этапу голодания. Впоследствии Кису пришлось по той же самой причине исключить из числа участников эксперимента ещё одного мужчину.

Все участники эксперимента изначально имели нормальную массу тела. Во время контрольного периода их средний вес составлял 70 килограмм. После начала голодания они стали стремительно худеть, превращаясь в ходячие скелеты.

Уже на шестнадцатой неделе физиологические изменения стали заметны невооруженным взглядом: черты лица утончаются, скулы выпирают, атрофированные мышцы лица делают его лишенным всякой выразительности, апатичным – «голодной маской». Ключицы торчат, как лезвия, широкие плечи сжимаются, ребра выдаются, лопатки торчат как крылья, позвоночник превращается в линию, состоящую из узлов. Колени обвисают, а ноги напоминают палки. Жировые ткани ягодиц исчезают, и кожа начинает болтаться складками. Подопытные теперь всегда брали с собой подушки, если им предстояло сидеть, потому что сидение стало причинять дискомфорт.

Доктор Кис обнаружил, что средняя частота сердцебиения у молодых людей резко снизилась: до голодания составляла 55 ударов в минуту, а после – всего 35. Организм из-за дефицита калорий перешёл на «энергосберегающий режим». Частота стула у них составляла один раз в неделю, объём крови сократился на 10%, размеры сердца также уменьшились.

По всей видимости, из-за потребления большого количества воды у молодых людей наблюдались отёки лица, области коленей и лодыжек. Кожа у некоторых из них сильно огрубела. Другие симптомы, которые испытывали участники эксперимента, включали в себя головокружение, боли в мышцах, снижение координации, звон в ушах и неестественная белизна глазных яблок из-за сужения кровеносных сосудов.

Кис также заметил, что у молодых людей зрение после длительного периода голодания осталось в норме, а слух, на удивление, значительно улучшился.

Несмотря на все физиологические изменения, испытуемые не считали себя чересчур худыми. Им, наоборот, стало казаться, что это другие участники эксперимента толстые, а они нормальные. Подобные мысли характерны для больных анорексией.

В целом, люди стали слабее и их выносливость понизилась. Даже личная гигиена теперь представляла проблему. Подъем вверх по лестнице, переноска грузов, открытие бутылки чернил – представляли сложность. Почерк стал менее разборчивым, процесс одевания – более продолжительным. Они стали неуклюжими, роняя книги и постоянно заплетаясь в собственных ногах. Бег на беговой дорожке превратился в муку, они часто падали.

Люди не обнаружили признаков нехватки витаминов. Во время Второй Мировой войны голодные в Европе как правило не страдали от бери-бери, пеллагры, цинги или рахита. Скорее всего, из-за диеты, состоящей из богатых витаминами овощей, таких как картофель. У военнопленных в Азии и Океании ситуация была другой. Они в основном питались шлифованным рисом, в котором нет витамина А, и страдали от тропических болезней, таких как малярия, которые, по видимому, придавали дополнительный негативный эффект. У таких людей часто были неврологические и глазные проблемы.

Миннесотским добровольцам было постоянно холодно, они страдали анемией. Даже летом, в июле, они носили куртки. В то же время их чувствительность к теплу снизилась: они легко держали очень горячие предметы и умоляли подавать им еду как можно более теплой. Их зрение осталось нормальным, слух улучшился. Они не переносили громкой музыки и шумных разговоров, общаясь между собой почти что шепотом.

Своим состоянием добровольцы теперь во всем походили на изможденных европейцев. Но были и существенные различия: люди, жившие в лаборатории, не страдали от истощающей диареи, столь распространенной в Варшавском гетто, концлагерях и многих других случаях голода. Не было у них метеоризма или желудочных колик. Ученые предложили, что это случилось благодаря стерильности условий, постоянной гигиене и тому, что в отличие от европейцев, подопытные не ели, траву, кору, листья, опилки или же даже землю. В отличие от варшавян, у миннесотцев не было потери плотности костей, что, видимо, вызывалось более продолжительным периодом недоедания. Миннесотский эксперимент не подвергал исследуемых холодам и морозам, отсутствию одежды и обуви. Он не воссоздавал страха, знания того, что тебя могут убить в любой момент, что тебя всегда могут искалечить, оскорбить, изнасиловать, пытать. Он не воссоздавал убийства соседей, трупов на улице и потери человеческого достоинства. Как говорил один из участников: «В конце концов, мы всегда знали, что когда-то это все закончится».

И все же, несмотря на лабораторные условия исследования, миннесотские добровольцы чувствовали, что их души и умы меняются. Веселая и шумная компания, которой они были в первые месяцы, стала унылой и апатичной, неспособной к планированию и принятию решений. Они были группы с посетителями и предпочитали одиночество. Терпимость и выдержка покинули их. Вспышки гнева и эмоций были постоянны. Они ворчали , жаловались и постоянно преувеличивали дискомфорт своих условий. Те, кто опускались ниже всех – социально и в быту – были особо презираемы. Один человек превратился в козла отпущения всей группы.

На прогулках в городе они совершали спонтанные, необдуманные покупки, о предназначении которых недоумевали по возвращении в лабораторию: кипа старых книг, помятый кофейник, коллекция ложечек. Столовые манеры стали просто неузнаваемы: некоторые набрасывались на еду, как голодные собаки, в момент съедая все, что было на тарелке, другие часами растягивали ощущения.

Либидо сначала уменьшилось, а затем и вовсе исчезло. Любовные сцены в кино казались им скучными, ничто не казалось смешным, и лишь сцены с едой вызывали интерес. Как средневековые монахи они теперь совершенно не заботились о поллюциях и мастурбации. Их яички производили меньше гормонов, сперматозоиды были малочисленными и менее подвижными.

Умственное здоровье тоже пошатнулось. Тесты выявляли ипохондрию, депрессию и истерию. Подопытные определенно стали невротиками, что потом удалось исправить на стадии реабилитации. Симптомами их неврозов служили раздражительность, асоциальность, депрессия, нервозность и эмоциональная нестабильность.

После шести месяцев голодания испытуемые потеряли почти четверть массы своего тела. Их средний вес составлял 52 килограмма.

Реабилитационный период начался 29 июля 1945 года. Всех испытуемых Кис разделил на четыре подгруппы, которые теперь стали получать на 400, 800, 1200 или 1600 калорий больше, чем во время голодания. Он сделал это для того, чтобы определить оптимальное количество калорий, которое следует употреблять в период восстановления.

Некоторым участникам Кис давал витаминные и белковые добавки, чтобы посмотреть, как это отразится на реабилитации. Через несколько недель стало ясно, что они абсолютно бесполезны. Мужчины, которые потребляли наименьшее количество калорий, не восстанавливались вообще. В конце концов, Кис пришёл к заключению, что для того чтобы вернуть организм к нормальному состоянию, подопытным следует потреблять около 4000 калорий в сутки.

«Голодный» эксперимент завершился 20 октября 1945 года. Молодые люди теперь могли есть всё, что им вздумается. Некоторым из них Кис попросил остаться в лаборатории ещё на пару месяцев для того, чтобы наблюдать за ними во время «периода неограниченной реабилитации». Он заметил, что молодые люди стали потреблять от 5000 до 10 000 калорий в день. В течение нескольких месяцев все они заявляли, что не могут утолить чувство голода, сколько бы ни ели.

Через четыре месяца после окончания голодания, почти все участники вернулись к умеренному потреблению в 3200-4200 калорий в день. Они все превзошли свой вес, имевшийся до начала эксперимента, и исследователи отмечали, что «округлость форм стала доминантным признаком» мужчин, что вступили в эксперимент сухими и подтянутыми. Через пять месяцев их либидо полностью восстановилось, сперматозоиды стал активными и подвижными. Сердца стали нормального размера, объем легких восстановился до нормы. Никаких жалоб, кроме одышки, которая появилась из-за лишнего веса. Даже хорошие манеры участников вернулись, все стали гораздо доброжелательнее.

Полный отчёт о проведении и результатах эксперимента Ансель Кис опубликовал в 1950 году. Это был огромный двухтомный труд под названием «Биология человеческого голода». По сей день он остаётся наиболее полным научным исследованием последствий голода.

Цитаты из статей и выступлений доктора Ансела Киса:

«Голодных людей нельзя учить демократии».

«Наш эксперимент показал, что взрослые мужчины не могут получить сколько-нибудь значимую реабилитацию на 2000ккал/день. Более правильные цифры – 4000ккал, по крайней мере, на несколько месяцев. Состав диеты важен, но если калорий поступает недостаточно, дополнительный белок и минералы бесполезны».